Кинотеатр смыслов
Михаил отворил дверь и, щурясь от утреннего солнца, вышел из здания. Хлопнула дверь и ржавая станок лазерной резки дверная пружина, выполнив своё предназначение, задребезжала за спиной.

— Я последний что-ли? — Михаил огляделся. Вокруг него стояли или сидели прямо на земле его друзья. Иван курил и смотрел на него.
— Да задолбались ждать, честное слово, — Иван глубоко затянулся в последний раз и щелчком отбросил в сторону искорку бычка, — ну, пойдем что-ли?

И он, подняв с земли рюкзак, набросил его на плечо. Остальные тоже зашевелились, кто-то начал отряхивать штаны от налипших прошлогодних лазерный гравировальный станок травинок, кто-то запихивал вещи в рюкзак, и вскоре вся группа направилась вдаль от одинокого здания. Они шли молча, глядя, как встает солнце, заливая лучами аллею с множеством параллельных дорог, ведущих в бесконечность. Никто не знал насколько широка эта аллея, есть ли у нее начало и конец. Они просто шли вместе, одной группой, причем Михаил не мог вспомнить как? давно он познакомился со своими друзьями. Они все, в принципе, были неплохими людьми, им было комфортно вместе, но границы памяти терялись в какой-то непонятной дымке. Временами, аллея пересекала небольшие аккуратные рощицы. Статуи и мраморные фонтаны органично украшали их и тогда дорога превращалась в множество гравийных тропинок, петляющих между деревьев. Михаил всегда фрезерно-гравиравальный станок с ЧПУ улыбался, когда видел это разнообразие ландшафта — он любил окружающий эстетизм. Временами, справа от дороги появлялся склон, засеянный аккуратно подстриженной травкой, и внизу — справа тоже была дорога, равномерно разбавленная цветастыми клумбочками и фонтанами.

Они не были одни на дороге. Временами, Михаил видел группы, такие же как и они, отдыхающие по сторонам или неторопливо бредущие тем же курсом. Но что больше всего удивляло Михаила, так это то, что очень далеко слева, в рассветном тумане, он видел крохотные цепочки подобных групп, которые шли обратно. Это никак не укладывалось в цель смысла их движения, хотя точно он не мог сказать в чем была их цель. Скорее всего, разгадка должна была появиться позже.

Через некоторое время режущий плоттер Иван скомандовал привал и они, побросав рюкзаки как попало, повалились на землю, наслаждаясь коротким отдыхом. Кто-то достал заранее заготовленные бутерброды, кто-то просто лежал, закрыв глаза, впитывая каждое мгновение неподвижности. Михаил задумчиво смотрел в синеву неба, жуя травинку. Он повернул голову и сказал одной из девушек рядом:
— Знаешь, а ТАМ оно кажется всё таким реальным.
— Да, у меня было такое же ощущение, — лениво ответила та, — просто потрясающе, как это они так делают. Не отличить от настоящего.

После короткого привала, Иван поднял всю группу на ноги и они продолжили Путь. Вскоре, аллея превратилась в небольшие изогнутые улицы. По фрезерно-гравиравальная машина с ЧПУ бокам стояли невысокие здания этажей в пять-семь и друзья остановились возле одного из них. Оно немного отличалось от своих собратьев — его этажи уходили вверх полукруглой лесенкой. Михаил уже где-то видел это здание, но не мог точно вспомнить где именно. Иван вытащил из пачки очередную сигарету и, звонко брякнув крышкой зажигалки, закурил.

— Бьюсь об заклад — это кинотеатр, — сказал он, — зайдем?

Иван не ошибся. Это действительно был кинотеатр с рядами кресел уходивших вверх. Сбоку от проходов стояли небольшие столики с аккуратно нарезанными бутербродами. Подкрепившись, друзья начали подниматься и рассаживаться в лазерная резка комфортные кресла.

— … Иван, я конечно согласен, но я бы аккуратнее выбирал дома. Надо поспрашивать сначало людей вокруг, что-ли, — Михаил продолжил свою мысль, положив руку на подлокотник и почувствовал заусенец на деревянной поверхности. Он аккуратно погладил его пальцем, пытаясь почувствовать насколько он острый. И тут его привычно подхватила невидимая волна, размывая координаты смыслов, превращая в хаос то, что еще виниловый резак мгновение назад казалось стройной системой понятий.

* * *

— Ну что, голубушка, поедем рожать? — ласково спросила медсестра, толкая впереди себя каталку с беременной женщиной, которая корчилась в схватках. — Потерпи маленько. Тебя уже ждут.

Они заехали в родблок где целая команда в белых халатах флэш-установка готовилась к операции. Кто-то из ассистентов звякал в углу металлом медицинских инструментов, кто-то настраивал оборудование, всматриваясь в графики, бегущие по мониторам. Роженицу зафиксировали на столе и кто-то глухо, видимо прямо через ватно-марлевую маску, спросил:

— Кесарим?
— Да, пожалуй. Похоже другого выхода нет. Так, давайте нашу звезду районного масштаба. Пусть ставит эпидуралку.
— Скоро уже? Мочи нет терпеть! — сквозь сжатые зубы простонала роженица, еле оборудование для лезерной гравировки превозмогая пульсирующую боль вокруг арбуза внутри.
— Потерпи маленько, голубушка. Давай, расскажи-ка мне какой-нибудь стишок.
— Стишок?! — от удивления или от уже введенного наркоза роженица на мгновение перестала чувствовать боль.

И тут, вдруг, она увидела, что фигуры вокруг — вовсе никакие доктора, а странные долговязые существа, которые окружают её, держа в руках диковинные инструменты. Она внезапно перестала чувствовать своё тело, глядя на него как бы немного со стороны и ощущая себя, как какое-то наэлекризованное тесто, от которого долговязые существа пытаются отщипнуть кусочек её субстанции. Она попыталась закричать от ужаса, но тело совершенно не станок лазерной резки реагировало на её потуги.

— Так. На раз-два — начали, — один из чертей тяжело вздохнул под марлевой повязкой и погрузил лапы в жидкость управляющей панели.
— Синхронизация?
— Дельта в норме, гамма в норме, альфа-ритм в норме.
— Квантование синапсов пошло… калибровка завершена успешно. Медиаторы в норме.
— Пошла синхронизация. Открываем створы.
— Створы открыты, пошла передача.
— Да, кстати. Просто ради интереса. По какой категории проходит клиент? — одна гравировальный станок с ЧПУ из долговязых фигур в маске повернулась к коллегам.
— Изотропная.
— Мда. Опять потом начнётся. Тут в смоле не доварили. Там под котёл дров не доложили, — недовольно заворчал любознательный чёрт, жалуясь на жизнь. — Ну ладно, поехали.
— Да подбросьте же серы, наконец! — раздражённо попросил один из чертей глухим голосом из-под маски. — Ну не пахнет же совсем!
— Программирование судьбы.
— Прекодирование. Первая фаза завершена.?
— Синхронизация стабильна. Основной сигнал устойчивый. Все. Передайте Профессору, что клиент упакован и под присмотром, — один из чертей отошёл от стола и направился к умывальнику, сдирая с лап хирургические перчатки.

Пространство операционной лазерная гравировальная машина родильного дома разрезал пронзительный крик младенца.
?
* * *

— Послушайте, доктор, — прошептала женщина склонившемуся над ней хирургу, — я не знаю, что это было, но у меня, кажется, были какие-то галлюцинации во время родов.
— Это бывает, дорогуша, — ласково ответил доктор, — расскажите-ка мне всё.

Хирург достал блокнотик и карандаш из большого кармана на боку белого халата и, не перебивая недавнюю роженицу, аккуратно записал всю историю.?

— Галлюцинации — это флеш-машина очень распространенное явление при наркозах, — он подбодрил её, аккуратно поправив одеяло, — тем более, что вы — женщина начитанная. Скорее всего, набрались фантастики, насмотрелись фильмов со сложным сюжетом. Это бывает, бывает. Ничего страшного. Не стоит волноваться. Если что — зовите. Дадим таблетку.

С этими словами, хирург вышел из палаты и, закрывая за собой дверь, еще раз бросил внимательный взляд через щелочку на молодую маму. Потом направился по коридору к группе докторов, которые стояли возле курилки и смеялись о чем-то о своём.

— Что с вами, доктор? На вас лазерный гравер лица нет, — озабоченно спросила молоденькая медсестричка, держа длинную сигаретку наманикюренными пальчиками, — что-то случилось?
— Она всё видела, — хирург нервно вцепился зубами в ноготь большого? пальца.
— Да бросьте, коллега, — глубоко затянувшись и выпустив струю сигаретного дыма в потолок сказал доктор с седой шевелюрой, — ну кто же ей поверит? Успокойтесь и идите в ординаторскую. Вам еще отчёт заполнять — не забудьте, пожалуйста.